Экономика знаний: как страны БРИКС меняют модель роста

Глобальный рынок переживает структурный сдвиг: конкуренция за контроль над сырьевыми ресурсами уступает место борьбе за интеллектуальную собственность. В странах БРИКС образование и научные разработки перестают быть вспомогательными инструментами, превращаясь в главный драйвер добавленной стоимости и основу технологического суверенитета в условиях новой мировой экономики.

Индия задает тон, демонстрируя рекордные показатели: в 2025 году экспорт товаров и услуг страны достиг 860,09 млрд долларов. Правительство республики ставит амбициозную цель — удвоить этот объем к 2030 году, активно переходя от простых сборочных операций к созданию сложных технологических компонентов. Аналогичные процессы идут и в Китае, где госпредприятия инвестируют свыше 1,1 трлн юаней в НИОКР ежегодно. Патентная активность становится ключевым индикатором: Китай удерживает мировое лидерство по количеству заявок, а Индия за последний год нарастила этот показатель на 30,2 процента.

Инновационный разрыв и стратегии адаптации

Несмотря на общую тенденцию, страны БРИКС сталкиваются с разными барьерами. Россия и Бразилия, обладая сильными научными школами, пока не могут конвертировать их в массовый технологический экспорт. В России сохраняется институциональный дефицит связей между лабораториями и реальным сектором, тогда как в Бразилии структура экономики остается преимущественно сырьевой. ЮАР, в свою очередь, борется со снижением государственных расходов на исследования, которые опустились до 0,61 процента ВВП.

Эксперты сходятся в одном: наличие выпускников STEM-специальностей не гарантирует успеха без спроса со стороны промышленности. Экономический рост сегодня зависит от способности государства выстроить непрерывную цепочку от университетской аудитории до глобального рынка. В условиях, когда искусственный интеллект автоматизирует рутинные профессии, ценность приобретают лишь те специалисты, которые способны проектировать интеллектуальные системы, а не просто обслуживать их. В ближайшие годы именно эффективность этой интеграции определит иерархию внутри БРИКС, где страны-создатели технологий будут аккумулировать основную долю глобального дохода.