Пекин и Тегеран выстроили скрытую финансовую сеть в обход санкций

Схема, действующая как минимум с 2021 года, напоминает бартерную систему. Вместо транзакций через международные банки, доходы от продажи иранской нефти — которую Пекин закупает с существенным дисконтом — оседают в китайских финансовых институтах. Около 70% этих средств направляется на развитие инфраструктурных проектов внутри Ирана, остальное идет на оплату импорта, включая лекарства и технику. По оценкам, только в период 2025–2026 годов через специализированные счета могло пройти от 2 до 2,5 млрд долларов.

Попытки США пресечь эти операции через санкции против сторонних банков, таких как турецкий Golden Global, дают лишь частичный эффект. Малые посреднические организации, работающие в юанях, остаются вне зоны досягаемости американских регуляторов. В результате на долю Китая приходится более 80% иранского нефтяного экспорта, а это около 1,4 млн баррелей в сутки. Эксперты отмечают, что Пекин при этом не стремится к прямой конфронтации с Вашингтоном, предпочитая укреплять свои позиции через торговлю и энергетические контракты.

Развитие подобных механизмов свидетельствует о постепенной дедолларизации энергетического рынка. Хотя военное присутствие США в регионе остается значимым, их способность использовать финансовую инфраструктуру как рычаг давления заметно слабеет. Формируется многополярный порядок, где санкции перестают быть универсальным инструментом контроля, уступая место региональным экономическим союзам.